@_winnie: Можно интерпретировать открытый и замкнутый круг как пицца без корочки и с корочкой. И получается, что пиццу без корочки можно нарезать на прямоугольники, а с корочкой нет.

приснилось собеседование.
всё как обычно: белая доска, маркер.
немного волнения.
интервьюер – вежливый, отстраненный, словно библиотекарь провинциального филиала – чертит на доске задачу.

круг.
строгий, идеальный, почти вызывающий.
надо замостить его прямоугольниками.

я выбираю С++, надёжный и тяжелый, как фасады семейных склепов Реколеты.

прямоугольники уменьшаются, всё мельче, всё плотнее.
рекурсия без дна,
как зеркала, обращенные друг к другу в сумерках.

но что-то не так.
я пытаюсь сделать зум пальцами прямо по пластику доски.
реальность поддается, я проваливаюсь в окрестность компактной границы – и вот оно: зазоры, трещины, щели.

я пробую снова и снова, но контур не сдается.
и тогда я стираю его.
пальцем. небрежно, почти зло.
граница исчезает,
и прямоугольники текут в освобожденное пространство, уверенно, молча, как вода в обретенное русло.

постепенно в бурлящем узоре проступает город.
авениды.
фиолетовые жакаранды над карнизами.
площадь Серрано, где воздух пахнет кофе и старым деревом.
собаки дремлют в тенях памятников.
– Буэнос-Айрес.

зачарованные, мы молчим, я и интервьюер.
на стеклянной стене одного из зданий
вспыхивает отблеск:
мы видим комнату, доску, себя, –
прямоугольники покрыли весь круг.

борхес сказал однажды, что рай – это библиотека.

я думаю, что рай – это круг,
открытый
ведь замкнутое всегда оставляет пустоту –
несбывшееся, неисполненное
сожаление

а открытому – пустота не мешает
она – предвкушение,
шаг,
не в пространстве,
во времени,

там, где улица Дефенса теряется в вечернем тумане,
там, где прекрасное –
далёко.

(оригинал на кружках)